Цитаты из книги «Трудно быть богом»

Купить книгу Узнайте, где выгоднее купить книгу «Трудно быть богом»

«И всегда будут короли, более или менее жестокие, бароны, более или менее дикие, и всегда будет невежественный народ, питающий восхищение к своим угнетателям и ненависть к своему освободителю. И все потому, что раб гораздо лучше понимает своего господина, пусть даже самого жестокого, чем своего освободителя, ибо каждый раб отлично представляет себя на месте господина, но мало кто представляет себя на месте бескорыстного освободителя.

»

«Останемся гуманными, всех простим и будем спокойны, как боги. Пусть они режут и оскверняют, мы будем спокойны, как боги. Богам спешить некуда, у них впереди вечность. »

«Друг наполовину - это всегда наполовину враг.»

«- Иногда он думал, как здорово было бы, если бы с планеты исчезли все люди старше десяти лет.

- Никакое государство не может развиваться без науки — его уничтожат соседи.

- Хладнокровное зверство тех, кто режет, и хладнокровная покорность тех, кого режут.

- Интересно, чего он больше боится — меня или за меня?

- Зерно, высыпаемое из мешка, не ложится ровным слоем, но образует так называемую коническую пирамиду.

Каждое зернышко цепляется за другое, стараясь не скатиться вниз. Так же и человечество.

- Какой смысл дереву сетовать, что оно не может двигаться, хотя оно и радо было бы, наверное, бежать со всех ног от топора дровосека.

- Друг наполовину — это всегда наполовину враг.

»

«Я знаю только одно: человек есть объективный носитель разума, всё, что мешает человеку развивать разум, — зло, и зло это надлежит устранять в кратчайшие сроки и любым путём.»

«Зло неистребимо. Никакой человек не способен уменьшить его количество в мире. Он может несколько улучшить свою собственную судьбу, но всегда за счет ухудшения судьбы других. И всегда будут короли, более или менее жестокие, бароны, более или менее дикие, и всегда будет невежественный народ, питающий восхищение к своим угнетателям и ненависть к своему освободителю. И все потому, что раб гораздо лучше понимает своего господина, пусть даже самого жестокого, чем своего освободителя, ибо каждый раб отлично представляет себя на месте господина, но мало кто представляет себя на месте бескорыстного освободителя. Таковы люди, дон Румата, и таков наш мир.»

««Там, где торжествует серость, к власти всегда приходят чёрные.»»

«— Ух ты! — сказал кузнец. — И серых, значит, тоже… Ну и Орден! Серых перебили — это, само собой, хорошо. Но вот насчёт нас, благородный дон, как вы полагаете? Приспособимся, а? Под Орденом-то, а?

— Отчего же? — сказал Румата. — Ордену тоже пить-есть надо. Приспособитесь.

Кузнец оживился.

— И я так полагаю, что приспособимся. Я полагаю, главное — никого не трогай, и тебя не тронут, а?

Румата покачал головой.

— Ну нет, — сказал он. — Кто не трогает, тех больше всего и режут.

— И то верно, — вздохнул кузнец. — Да только куда денешься… Один ведь, как перст, да восемь сопляков за штаны держатся. Эх, мать честная, хоть бы моего мастера прирезали! Он у серых в офицерах был. Как вы полагаете, благородный дон, могли его прирезать? Я ему пять золотых задолжал.

— Не знаю, — сказал Румата. — Возможно, и прирезали. Ты лучше вот о чём подумай, кузнец. Ты один, как перст, да таких перстов вас в городе тысяч десять.

— Ну? — сказал кузнец.

— Вот и думай, — сердито сказал Румата и пошел дальше.»

«— Умные нам не надобны. Надобны верные.»

«Не вижу, почему бы благородному дону не посмотреть на ируканские ковры…»

Пожалуйста, зарегистрируйтесь или войдите, чтобы добавить цитату к книге «Трудно быть богом». Это не долго.

КнигоПоиск © 2019 • 18+